Более тридцати лет я изучаю психотерапию как практику встречи человека с собой, другим и миром — через клиническую работу, тело, движение, женский опыт и искусство. Мой профессиональный путь никогда не был прямой линией. В нём были периоды увлечения разными теориями, сомнений в том, чего мне не хватает в гештальт-терапии, возвращений и новых встреч. Gолевая оптика, интерес к телесности, клинике, эстетике, преподаванию и собственному профессиональному пути. В психотерапии для меня всегда было что-то близкое искусству. Не в смысле красивого или возвышенного, а в способности замечать форму происходящего: ритм, напряжение, фигуру и фон, появление чего-то нового. Поэтому мой интерес к живописи оказался совсем не отдельным от профессии.
Учиться смотреть — тоже профессиональная компетенция терапевта.
